Очнувшись в больничной палате, Декстер с трудом осознаёт реальность. Комнату наполняет тишина, прерываемая лишь мерным писком аппаратов. Он медленно поворачивает голову, ожидая увидеть рядом Гаррисона. Но кровать сына пуста. Врачи разводят руками — юноша исчез несколько дней назад, не оставив ни записки, ни намёка на маршрут.
Собрав волю, Декстер выписывается. В квартире он находит лишь смятую футболку сына и билет до Нью-Йорка, случайно закатившийся под диван. Сердце сжимается. Он представляет худшее: растерянного парня в незнакомом мегаполисе, с той же тёмной тягой, что когда-то мучила его самого. Решение приходит мгновенно. Он бросает вещи в старый рюкзак и едет в аэропорт.
Нью-Йорк встречает его рёвом машин и моросью. Декстер методично проверяет дешёвые мотели, вокзалы, круглосуточные кафе. Город не даёт подсказок. А потом в дверь его номера стучится Анхель Батиста. Старый друг стоит в проёме с привычной усталой улыбкой, но глаза выдают беспокойство. «Заскочил по делам, — говорит он, слишком небрежно. — И решил проведать. Как ты, Декс?»
Разговор за кофе полон недоговорок. Анхель осторожно роняет фразу о нераскрытых делах в Майами, о странных совпадениях. Декстер понимает — это не визит вежливости. Прошлое, похожее на приливную волну, уже на подходе.
Тем временем Гаррисон, скрывающийся в Бруклине, ведёт свою тихую войну. Он работает ночным грузчиком, избегает камер, борется с внутренними импульсами. Их случайная встреча у подземного перехода похожа на удар током. Отец и сын молча смотрят друг на друга, и в этом взгляде — весь груз невысказанного.
Они снимают комнату в невзрачном отеле. Дни проходят в попытках выстроить хрупкое перемирие. Но Нью-Йорк не терпит тишины. Однажды вечером к ним врывается хаос в лице двух незнакомцев, связанных с давними ошибками Декстера. Выбора не остаётся — нужно либо бежать снова, либо встретить угрозу лицом к лицу.
В тесном номере, при тусклом свете неоновой вывески, они говорят наконец откровенно. О страхах, о правилах, о той пропасти, что каждый носит внутри. И принимают решение — не расходиться. Какими бы ни были последствия, они пройдут этот путь вместе. За стенами отеля город продолжает шуметь, не подозревая, что в его лабиринте двое людей готовятся к последней схватке — не с миром, а с собственной тьмой.
